СЕГОДНЯ: на сайте 17538 телепрограмм и 3058 фоторепортажей
Вторник, 27 июня 2017
17:04

Новое интервью на Радио "Балтика".

Специально к Рождеству - итоги 2015

АНТОН ТОЛСТОВ: В студии Антон Толстов, здравствуйте. Приветствую нашего гостя, публициста Алексея Лушникова. Алексей, добрый вечер.

АЛЕКСЕЙ ЛУШНИКОВ: Здравствуйте. Я хочу поздравить всех тех, кто в 2015 году связал свою жизнь с браком — женился, вышел замуж.

А. ТОЛСТОВ: Более 50 тысяч человек только в Петербурге.

А. ЛУШНИКОВ: Вот об этих людях надо говорить, об этих людях надо думать. Чтобы у них семьи были, чтобы детишки появлялись, чтобы жить им было по-человечески нормально, чтобы деньги зарабатывали, чтобы было простое, человеческое счастье.

А. ТОЛСТОВ: Кстати говоря, по сравнению с прошлым годом количество бракосочетаний в Петербурге не уменьшилось, хотя многие говорят о том, что свадьба — это дорого, а идёт экономический кризис. Тем не менее, люди всё равно сочетаются.

А. ЛУШНИКОВ: Потому что это нормальное, естественное желание человека. У женщины это возможность почувствовать себя защищённой. Когда она выходит замуж, она чувствует себя защищённой. Для неё это очень важная вершина человеческого счастья, следующим является рождение ребёнка. Без первого это, как правило, затруднено.

А. ТОЛСТОВ: Сейчас бы феминистки вам наверняка что-нибудь сказали бы по этому поводу.

А. ЛУШНИКОВ: Нет, они бы ничего не сказали. Они бы просто сказали, что они феминистки, не более того.

А. ТОЛСТОВ: Они скажут, что для мужчины это то же самое, например.

А. ЛУШНИКОВ: Конечно, для мужчины это тоже, в определённом смысле, то же самое. Я через это лично проходил, и для меня это очень серьёзная история, особенно то, что связано с детьми. Но это простое, нормальное человеческое стремление. Это действительно то, что важно. Это действительно то, что искренне. То, что нас всех объединяет. Это вполне по-человечески.

А. ТОЛСТОВ: А природа феминизма вам понятна? Или это что-то искусственное?

А. ЛУШНИКОВ: Мне, как мужчине, это понятно. Это доминирующая роль, которую женщина хочет сыграть. Зачастую это абсолютно естественно, это сложение хромосом, генетическая история, где вследствие каких-то историй, девиаций взаимоотношений в семье у неё складывается такое отношение — доминирование. Доминирование в семье, на работе, с мужчиной. Это понятно. Но это не является, по крайней мере, в христианской, православной культуре, не является нормой. У нас отдают замуж, она находится за мужем, защищена за неким барьером. Именно он должен помочь в любую минуту, и она готова для этого делать всё, сама, чтобы быть замужем, чтобы чувствовать этого мужчину. Это важно для неё.

А. ТОЛСТОВ: Ущемление прав женщин у нас действительно существует в стране, или есть какие-то другие причины?

А. ЛУШНИКОВ: Я думаю, что этого у нас не существует. Более того, я думаю, что многие мужчины являются элементом манипулирования женщин для получения тех или иных форм благосостояния, достатка. Но женщины тоже разные. Не надо лукавить, мы знаем определённый род женщин, которые хотят через «общение с мужчиной» получить своё некое материальное благополучие, через него добиться достатка. Абсолютно необязательно для этого создавать семью, необязательно должен быть один мужчина параллельно. Их может быть 18. И каждый приносит по своему маленькому достатку, по своему маленькому бриллиантовому колье, и с этого момента она тоже ощущает себя защищённой женщиной. Мы понимаем, что это манипулирование. Я утрировал, но вы прекрасно понимаете, о чём идёт речь. За счёт мужчины решать какие-то свои вопросы. Это и плохо, и хорошо. Хорошо по той причине, что женщина слабая, и мы позволяем женщине, иногда осознанно идём, нам иногда приятно быть манипулируемыми в чём-то. Я всегда считал, что отношения — это большая трасса с двухсторонним направлением.

А. ТОЛСТОВ: Есть, например, Ангела Меркель или Валентина Матвиенко. Они тоже хотят, с вашей точки зрения, быть защищёнными, или они в другой роли?

А. ЛУШНИКОВ: Я думаю, что Ангела Меркель ночью прижимается к плечу любимого мужчины и просит, чтобы он её обнял. Это нормальное стремление любой женщины. Я не буду говорить про Валентину Ивановну, это очень близко к нашему городу, Совет Федерации. Но и Валентина Ивановна такая, потому что она женщина. Какой бы она не казалось страшной по должности, она, прежде всего, является женщиной. И этот образ бой-бабы, грозной, председателя Совета Федерации является некой наносной историей. Она, конечно же, ранимая, трогательная, безусловно, нежная, очаровательная женщина, и очень обаятельная.

А. ТОЛСТОВ: Звучат заявления о том, что должно быть больше женщин в политике, в том же Совете Федерации, в Государственной Думе. Роль женщины в политике преуменьшена, преувеличена? Нужно, чтобы женщин было больше?

А. ЛУШНИКОВ: Я, честно говоря, не разделяю политику по гендерному принципу. Мне кажется, что политики должны быть вне зависимости от гендерного принципа людьми, наделёнными определёнными талантами, позволяющими вырабатывать те или иные законопроекты, управлять государством, управлять системой наших ценностей, не давать нам друг на друга злиться, не давать воевать. Вот в последнее время мы забыли, что война — это очень плохо. Под каким бы предлогом, под какими бы целями она не велась, война — это плохо. Раньше классики говорили: «Война — это последний довод королей». Вдумайтесь в это. Значит, существует ещё огромное количество доводов. Не надо доводить до последнего. Тем более, современная война связана, в любом случае, с уничтожением людей вплоть до средств массового уничтожения. Это недопустимо. Война недопустима. Это элемент сознания. Поэтому политики должны основываться на том, чтобы граждане и подотчётные жили максимально хорошо, создавать для этого все условия. Это абсолютно не означает, что надо решать за граждан, как им жить. Надо просто создавать условия. Чтобы работал бизнес, чтобы люди могли реализовывать себя и творчески, и экономически, чтобы всячески поддерживать те потенциалы, которые есть в каждом человеке, давая возможность выразиться. Тогда человек будет создавать некую экономическую модель. Вы скажете, что это очень розовая, эфемерная модель, что это невозможно. Да, в одном поколении это невозможно. Но постепенно всё приходит с точки здравого смысла к естественным человеческим стремлениям, главным стремлением является стремление человека быть счастливым. И всё. Это естественное человеческое стремление. Государство должно брать на себя функции защищать человека от попытки посягательства на его свободу. Вот это основная задача государства, как мне кажется. Но иногда государство берёт на себя абсолютно несвойственные роли, регулирует ту жизнь, в которую близко не должна соваться.

А. ТОЛСТОВ: А наша страна, исходя из ваших слов, на каком этапе находится?

А. ЛУШНИКОВ: Некое средневековье. Очевидно, это не элемент фантазий или политических размышлений. У нас с вами очень разнородное общество, разные люди, и власть должна этих людей подтягивать вверх, а не опускать вниз. Надо создавать телевидение, которое давало бы образование.

А. ТОЛСТОВ: Но есть разные телеканалы.

А. ЛУШНИКОВ: Разных телеканалов практически нет. Они были раньше разными телеканалами. Сейчас они все заточены под какие-то определённые свойства.

А. ТОЛСТОВ: Есть телеканал «Культура».

А. ЛУШНИКОВ: Давайте сравним количество его аудитории с рядом других каналов.

А. ТОЛСТОВ: Люди не хотят смотреть?

А. ЛУШНИКОВ: В своё время, в конце советских лет, был удивительный телеканал, называемый «Российский университет». Это была четвёртая кнопка, по-моему, там потом создали «НТВ». Этот канал был прототипом сегодняшней «Культуры». Там было преподавание, были лекции. Были и другие каналы, которые тоже шли. Сегодняшний «Первый», второй, третий был петербургский. И во всей этой сфере была некая государственная политика, которая обозначала, что мы имеет достаточно средний уровень населения, и телевидение должно идти хотя бы на 2-3 мм выше, чтобы подтягивать среднюю массу кверху. Поэтому появлялись наравне с лёгким жанром любопытнейшие произведения культуры, и композиторы, и музыканты. Давайте вспомним того же Раймонда Паулса. И что дальше? Сегодняшняя система ценностей на телевидении в другой области. Задал один удивительный человек эту норму, буквально в конце 90-х годов. После этого он был депутатом Государственной Думы, даже возглавлял соответствующий комитет по СМИ, человек известный в телевизионном мире, и зрителям хорошо известный. Валерий Комиссаров. И тогда была создана совершенно удивительная программа «Моя семья», вы помните, наверное.

А. ТОЛСТОВ: Да, очень популярная.

А. ЛУШНИКОВ: И много потом пошло за ней вслед разного рода близких по смыслу программ, «Дом 1», «Дом 2», где фишка была в другом. Продажа и реклама. Помните, появился майонез «Моя семья», кетчуп. И была выбрана определённая аудитория, которая покупает этот продукт. И реклама ставилась, и контент ставился под эту рекламу, чтобы это смотрели те люди, которые впоследствии купят и майонез, и кетчуп, и так далее. И чем более примитивной была схема, тем больше был набор зрителей. Очевидно, что если вы даёте самое примитивное, то вас будет смотреть максимальное количество населения, значит, вы сможете кайфово продать «Свою семью». Я имею в виду, майонез, кетчуп. Мне кажется, что это был тот перелом в телевидении.

А. ТОЛСТОВ: Перелом произошёл из-за программы «Моя семья», или просто в то время?

А. ЛУШНИКОВ: Не из-за программы «Моя семья». В то время были другие направления интересов. Зарабатывание денег, максимальный золотой телец, вот что несло телевидение. Тогда это было очевидно. Надо было это схватить, подогнать телевидение под формат обогащения. Это был принцип. И этот эксперимент был весьма успешный. Безусловно, количество людей, которые смотрели эту программу, было большое, они прекрасно покупали соответствующие продукты — кетчуп, майонез. Всё шло так, как должно быть. Дальше уже появились политические методики, основанные на этом, но тогда это было началом. Если честно говорить, человек — слабое устройство. Если убрать всю культуру, останется в человеке не очень приятное млекопитающее. Поэтому если мы из телевидения убираем всё культуру, то самой рейтинговой программой будет трансляция с пяти камер из общественного туалета. Это будет иметь мощнейший рейтинг. Вся страна будет примыкать к своему телевизору, когда туда будет входить тот или иной потребитель туалета.

А. ТОЛСТОВ: Желательно, чтобы это был известный человек.

А. ЛУШНИКОВ: За это будут платить деньги. Испражнитесь, пожалуйста, при камерах.

А. ТОЛСТОВ: Практически то же самое происходило во время трансляций разных реалити-шоу. Например, «За стеклом». Но мы это уже прошли, сейчас уже, наверное, другая эпоха.

А. ЛУШНИКОВ: Нет. Эпоха не меняется, качество меняется. Сейчас происходит удорожание. Вспомните, был знаменитый фильм, когда был создан некий мир, человек в нём проснулся, и ему казалось, что он один в этом мире перемещается, а за ним наблюдали тысячи камер, и весь мир смотрел это реалити-шоу. Это можно бесконечно делать. Можно поселить людей на какой-то остров, создать им легенду, что они — двое оставшихся в живых после ядерной бомбардировки. Они не будут помнить ничего, им это будет никак не проверить, и они будут там именно выживать. А мы будем смотреть по телевизору, как эти два дурачка пытаются что-то сделать. Вот это беда.

А. ТОЛСТОВ: Это от недостатка общения, от одиночества людей, от постоянной занятости и загрузки на работе. Телевидение таким образом скрашивает досуг человека, может, в этом причина?

А. ЛУШНИКОВ: Конечно, такое возможно. Нам легко говорить здесь, живя в больших, красивых городах. Понятно, что в какой-то дремучей деревне, где единственный объект культуры — телевизор на 5 домов, люди живут другой жизнью, и нельзя их в этом как-то винить. Вопрос же в телевидении. Надо не общественный туалет показывать, а надо хотя бы на 1 мм в месяц поднимать уровень. Я должен сказать, к справедливости, что на федеральном телевидении очень редко, но появляются новые программы, где людям что-то пытаются объяснить. Они вне политики, они вне основ шоу-бизнеса. Как мне кажется, они говорят о науке. Зачастую очень специально, но о науке. Я глубоко убеждён, что тема науки во всех применениях нашего общества является основной. Нет ничего более важного, чем развитие науки и технологий в современном мире. Именно это отличает сегодня человека от дикаря. Но здесь нельзя забывать и о факторе культуры в преломлении к этой самой науке.

А. ТОЛСТОВ: С другой стороны, очень часто можно встретить такие слова «Я вообще не смотрю телевизор». Такие встречаются всё чаще и чаще за последние несколько лет.

А. ЛУШНИКОВ: Да, потому что телевизор стал элементом массового обмана. Люди в какой-то момент понимают, что это обман, каждый на своём уровне, и они от этого изолируются, уходят от этого как от некоего определённого зла, ищут себя в другом — в книгах, в интернете, в просмотре фильмов, в походе в кинотеатр, в рестораны, встречи с друзьями, просто обучение. Поверьте мне, всё перечисленное значительно более эффективно, если человек может себе это позволить.

А. ТОЛСТОВ: Запускаю голосование среди слушателей: вы смотрите телевизор регулярно, или нет? Возможно, и способ потребления этой информации тоже изменился. Сейчас все телеканалы выкладывают свои программы в Интернете, их там можно посмотреть. Не надо привязываться ко времени, включать телевизор.

А. ЛУШНИКОВ: Вы совершенно правы. Мы уходим от эпохи телевидения. Она закончится лет через 5-7. Мы перейдём к неким мультимедийным комплексам, где будет воедино соединены возможность оффлайн заказывать любую телевизионную программу, неважно из какой части мира, на своём любимом языке в том формате, в котором вы хотите. Так же можно будет заказывать музыку, просмотр новостей, кино. То есть, это будет абсолютно медийный ящик, может быть, он будет в форме телефона, где вам будет доступен контент, и дальше вы выбираете, когда хотите посмотреть. Но онлайн-телевидение уходит.

А. ТОЛСТОВ: Нет будущего у него?

А. ЛУШНИКОВ: Я думаю, что такого будущего, как мы сегодня имеем, имели в прошлом веке, конечно же, нет, потому что у людей не останется времени на то, чтобы онлайн что-то смотреть. Сегодня уже клиповая жизнь. Человек слушает нас тогда, когда едет в машине. Смешно, чтобы человек подошёл к радиоприёмнику, включил радио, сел напротив и торжественно стал слушать, что по нему говорят.

А. ТОЛСТОВ: Смотря кто и что говорит.

А. ЛУШНИКОВ: Мы знаем такие примеры, но такое не более двух раз в год. Поэтому давайте говорить о том, что сейчас всё клиповое. Люди останавливаются перед телевизором, чтобы посмотреть или очень быстрый репортаж, или быстренькую, цветную музыку, или тот фильм, который их завораживает. Всё.

А. ТОЛСТОВ: Нам звонит слушатель. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Антон.

А. ТОЛСТОВ: Антон, вопрос к вам. Вы слушаете радио только в машине? Дома у вас радио нет?

СЛУШАТЕЛЬ: Дома радио есть, но сейчас маленький ребёнок, поэтому слушаю в машине.

А. ТОЛСТОВ: Вы смотрите телевидение?

СЛУШАТЕЛЬ: Не смотрю телевизор с 2005 года.

А. ТОЛСТОВ: Что случилось в 2005 году?

СЛУШАТЕЛЬ: В 2005 году я продолжил своё обучение в Санкт-Петербурге, и в общежитии у меня пропала такая честь как телевизор, и я был очень рад этому.

А. ТОЛСТОВ: То есть, с одной стороны, это была вынужденная мера, но также вы поняли, что без телевизора можно жить?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Я даже не то, что понял, что без него можно жить. Я просто вздохнул полной грудью. Несколько причин, по которым я перестал его смотреть. Во-первых, поток негатива. Мягко говоря, в последнее время телевидение становится дальним родственником поручика Ржевского судя по тем темам, которые затрагиваются про отношения между полов. Мне не очень приятна вся эта грязь, которая вытаскивается.

А. ТОЛСТОВ: Есть же разные телеканалы.

СЛУШАТЕЛЬ: Практически везде реклама и развлекательные каналы. А где этого нет, там, опять же, политика. На мой взгляд, всю грязь, которая выплёскивается с телеэкрана, не нужно смотреть.

А. ТОЛСТОВ: А у вас дома сейчас есть телевизор?

СЛУШАТЕЛЬ: Конечно, он у меня есть.

А. ТОЛСТОВ: Он просто выключен? Или вы мультики показываете детям?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, ребёнок пока маленький для мультиков. У меня, в основном, жена смотрит в свободное время. Она, к счастью для себя, находит, что посмотреть.

А. ТОЛСТОВ: Ясно. Спасибо, Антон.

А. ЛУШНИКОВ: У меня тоже нет дома включённого телевизора. В моих комнатах вообще нет телевидения. А там, где все мои родственники, есть телевизор, но он привязан к диску, где собраны концерты, фильмы, в основном, 70-80-х годов, с Клавдией Ивановной Шульженко, Магомаевым. Моё старшее поколение с большой радостью это смотрит в свободное время.

А. ТОЛСТОВ: Нам звонит слушатель. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Елена. Я тоже слушаю ваше радио только в машине и тоже не смотрю телевизор, уже года 3-4. Хотя нахожусь в декрете. Считаю, что телевидение не развивает, а развивают только книги.

А. ТОЛСТОВ: Вот Алексей Лушников, тележурналист, публицист, который сейчас у нас в студии, говорит о телеканале, который занимается наукой, достаточно популярный.

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Вот у меня бабушка — педагог с 50-летним стажем, она мне звонит и говорит «Лена, включи телеканал «Культура», там идёт такая-то передача, она развивает». И только после этого я включаю конкретный канал и смотрю конкретную передачу.

А. ТОЛСТОВ: То есть, можете находить среди наших, отечественных программ то, что вам интересно, то есть, в некотором смысле, телевидение выполняет и функцию просвещения для вас?

СЛУШАТЕЛЬ: В принципе, да. В связи с тем, что ещё есть маленькие дети, мы вместе просматриваем канал «Культура», «Синюю птицу».

А. ТОЛСТОВ: Ещё есть детский телеканал.

СЛУШАТЕЛЬ: Кстати говоря, детский телеканал не отвечает моим потребностям, запросам, потому что там очень много мультиков, которые я бы не показывала своим детям.

А. ТОЛСТОВ: Елена, спасибо. Вот сначала Елена сказала, что не смотрит, а потом вспомнила, что смотрит.

А. ЛУШНИКОВ: Это нормально, человек стремится к знаниям. «Discovery», природа. Вот самое удивительное, что есть для телевидения — природа, всё, что связано с природой, с историей цивилизации, с развитием наук и технологий. Это очень обильно представлено в мировом телевидении. Но это фильмы. Это не телевидение. В данном случае телевидение — это просто передатчик этих фильмов. Это как нельзя путать ядерную боеголовку и ракету, которая доставляет эту боеголовку. Это две разные вещи, одна взрывается, другая доставляет. Так и здесь, фильм — это одно, а телевидение — форма показа. Вы таким же образом можете взять диск с фильмом, посмотреть.

А. ТОЛСТОВ: То есть, телевидение — это программы, новости?

А. ЛУШНИКОВ: Конечно. Новости, программы, репортажи. Это сиюминутное, сегодняшнее. Вот все камеры у вас здесь если бы транслировали, то это тоже было бы телевидение.

А. ТОЛСТОВ: От наших слушателей приходят сообщения. Слушатель призывает принудительно выкинуть все телевизоры, купленные в прошлом году, или запретить продажу, нужно депутатам Законодательного Собрания подумать над этим. Возможно, это ирония.

А. ЛУШНИКОВ: Конечно, ирония. Ничего специально делать не надо. Жизнь всё поставит сама на свои места. Поверьте мне, ещё несколько лет, и всё поменяется.

А. ТОЛСТОВ: Вот вы сказали 5-7 лет, а почему столько?

А. ЛУШНИКОВ: Это с точки зрения развития технологий, это технологический цикл. Тогда будут уже совершенно другие взаимоотношения с точки зрения авторских прав. Возможность смотреть и слушать контент, доставать его из хранилищ будет уже фактически автоматизирована и не будет представлять большой стоимости, за это уже не надо будет платить столько, сколько платят сегодня, потому что уже сегодня это всё возможно. Мне кажется, что антипиратское законодательство придёт в норму, не будет уже называться антипиратским. Мы будем контент получать, в большей части, бесплатно.

А. ТОЛСТОВ: Это будет происходить уже на территории всей страны?

А. ЛУШНИКОВ: Я думаю, что это вопрос цивилизации, мира, это не вопрос только России. Она, безусловно, это тоже подхватит, поскольку потребление всех услуг, связанных с гаджетами, очень высокое. Может быть, мы здесь будем наравне со всей планетой.

А. ТОЛСТОВ: Слушатель пишет «Телевизор смотрю, про путешествия».

А. ЛУШНИКОВ: Правильно. Ребята, уже все слюни из эфира ушли. Как мне кажется, нормальные люди интересуются тем миром, который их окружает. Не наносным, не придуманным, а реальным миром. Фильмы о природе. BBC сейчас снимает шедевры. Фильмы о забытых цивилизациях, об истории цивилизации на нашей планете. Вообще фильмы об истории, о разных правителях, разных эпохах. Это тоже удивительно и интересно. В конце концов, те, кому не нужно документально-историческое кино, могут смотреть совершенно шедевральные вещи, которые есть пусть не в мировом прокате, но в мировом торренте.

А. ТОЛСТОВ: Опять же, вы не называете это телевидением.

А. ЛУШНИКОВ: Я не называю это телевидением, потому что это называется кино.

А. ТОЛСТОВ: Результаты голосования: 92% не смотрят телевизор.

А. ЛУШНИКОВ: Это вообще удивительно. Для меня это совершенно непостижимая цифра. 92% не смотрят. Простите, а кто его тогда смотрит?

А. ТОЛСТОВ: Оставшиеся 8%. Может быть, это как с Еленой, которая сначала сказала, что не смотрит, а потом сказала, что смотрит.

А. ЛУШНИКОВ: Мне кажется, что должна быть корректировка. Люди краем глаза что-то видят, но это им не нравится, и через это голосование они, по сути, высказывают своё отношение к сегодняшнему телевидению. В моём понимании, совершенно справедливое отношение.

А. ТОЛСТОВ: Нам звонит слушатель. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Денис. Было очень интересно слушать вашу дискуссию.

А. ТОЛСТОВ: Да мы и продолжаем вместе с вами.

СЛУШАТЕЛЬ: Правильно сказали. 92%, с одной стороны, не смотрят, но, с другой стороны, в магазинах телевизоры сметают. Кто их сметает? Кто их покупает? Для чего? Чтобы флешку воткнуть?

А. ЛУШНИКОВ: Конечно, флешку. Тоже может быть.

А. ТОЛСТОВ: А вы сами смотрите?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, я смотрю. И я не верю, что 92% не смотрят. Может быть, это 92% активных слушателей.

А. ТОЛСТОВ: Может быть такое. У нас не самое научное голосование, безусловно.

СЛУШАТЕЛЬ: С другой стороны, я не поддерживаю тот контент, который сейчас даётся по телевидению, потому что не стоит забывать слово «пропаганда».

А. ТОЛСТОВ: А вы что смотрите сами? Вы что находите в телевидении?

СЛУШАТЕЛЬ: Те же самые новости, программы про путешествия. Я считаю, что сейчас большой и доступный выбор.

А. ТОЛСТОВ: У вас кабельное телевидение?

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

А. ТОЛСТОВ: Сколько каналов? 200, 300?

СЛУШАТЕЛЬ: 200 есть точно.

А. ТОЛСТОВ: Главное, успевать. Спасибо за звонок. Вот наш слушатель находит интересные программы для себя. Нам звонит слушатель. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Дмитрий. Хотел бы немного поспорить с вашим гостем. Он утверждает, что передачи про путешествия, природу — это уже не телевидение, а кино. А я подразделяю так. Телевидение — это когда я включаю в произвольное время и могу получить какой-то произвольный контент на заданную тему, не заморачиваясь с тем, чтобы что-то скачать, записать на флешку, раздать на свой телевизор по сети. То есть, я не прилагаю никаких усилий, чтобы получить какой-то контент. Вот в таком контексте это телевидение, на мой взгляд. Если я самостоятельно что-то скачал, вставил, лёг, подготовился, это фильм вне зависимости от тематики. Ещё я хочу отметить, что вхожу в эти 92%, условные.

А. ТОЛСТОВ: То есть, регулярно не смотрите? Подглядываете, как мы полагаем с Алексеем?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. В основном, по всем телевизорам в доме идут мультики, потому что детей несколько, они стараются на всех телевизорах включать мультики. Поэтому волей-неволей я знаю весь мультипликационный контент. По собственной инициативе я смотрю «Что? Где? Когда?» в субботу вечером. Если мне нужен телевизионный фон, то я включаю илл «Animal Planet», или «Discovery Channel», которые просто в спокойном режиме рассказывают что-то умиротворяющее, зачастую познавательное. Даже иногда смотрю новости по нашим центральным каналам. Я считаю, что умею достаточно трезво оценивать подаваемую информацию.

А. ТОЛСТОВ: Понятно, критично воспринимать. Дмитрий, спасибо за звонок.

А. ЛУШНИКОВ: Действительно, никаких противоречий нет. Всё правильно. Это вопрос терминов. Можно называть как угодно, но те люди, которые производили фильм, производили его для какого-либо канала, показали на каком-то сайте в Сети, выставили его на продажу. Конечно, это продукт многофункционального использования. Телевидением, прежде всего, называется проект, который снимается по заказу конкретного телеканала, который живёт буквально короткий промежуток времени. Это мои формулировки, это не значит, что их нужно поддерживать.

А. ТОЛСТОВ: Здесь вопрос в том, что человек смотрит то, что ему предлагают. Да, ему интересно, но он не готов участвовать в составлении плейлиста.

А. ЛУШНИКОВ: Я Дмитрию сразу же отвечу. А что делать с той рекламой, которую он вынужден смотреть, с теми анонсами, где 36 убийств за 40 секунд? С ними что делать? Лично меня это настолько взрывает, что после этого мне никакой телевизор не нужен. Пускай я немного поднатужусь, скачаю, что надо, это займёт какое-то время, но я буду смотреть чистое кино без вкрапления этой гадости.

А. ТОЛСТОВ: Чистое и нелегальное.

А. ЛУШНИКОВ: Когда как. Почему нелегальное? Я покупаю на «Apple TV», всё легально, все деньги плачу туда. Если будут какие-то удобные способы платить за контент, и там будет соответствующее качество, то с удовольствием, мне только проще. Мы говорим о том, что должен быть продукт, которым будет очень удобно пользоваться.

А. ТОЛСТОВ: Сейчас просто очень много пиратов. Вы, в том числе, говорили про пиратство, что через 5-7 лет это удастся победить.

А. ЛУШНИКОВ: Нет. Не победить пиратов. Пираты победят. Это принципиальная разница. Будут очищены права по основным фильмам, которые составляют мировую классику. Может быть, вышел совсем новый фильм, пока он идёт в прокате, он, безусловно, защищён. А как только он вышел из проката, он становится или с другой стоимостью, или совершенно бесплатным. Всё, там он уже заработал. Люди уже вкладываются в новый фильм. И до конца географии за последние 100 лет собирать деньги с Чарли Чаплина и «Ленфильма» (кстати, ни тот, ни другой не собирает), это не совсем из той истории. Я думаю, что в ближайшее количество лет и в музыке, и в кино, и в других авторских историях мы получим свободное пользование.

А. ТОЛСТОВ: Принято подводить итоги. Что для вас стало главным в 2015 году? Одно событие, несколько?

А. ЛУШНИКОВ: Давайте я начну с Петербурга. Главное событие — трагедия, падение нашего самолёта. Эта та катастрофа, которая заставила каждого жителя Петербурга смотреть список погибших, есть там кто-то из друзей, знакомых, близких, сопереживать. Вот у меня там мой однополчанин погиб, Андрюша Амосов. Светлая память, как и всем 224 человечкам, человекам, людищам, которые там погибли. Для меня это большая трагедия. Потрясающая реакция жителей нашего города, которые несли цветы, и в аэропорту, и на Дворцовую площадь. Вот это единение нации, вот это единение города, вот это ощущение приличного человека, который сопереживает. Вот мы действительно увидели в Петербурге это явление, и огромное спасибо петербуржцам за что, что они такие. В самом деле, мы такие. Вот истинное лицо Петербурга — мужественное, красивое, города, пережившего блокаду, чёрт знает что в своей истории. Мы такие. Мы настоящие, в самом деле. Мне кажется, что это основное событие для Петербурга, как сама трагедия, так и последствия. Что касается страны, жизни. Вы знаете, что мы находимся в военной кампании, которая проходит в Сирии, от этого нельзя дистанцироваться. История покажет, что это такое для нас. Не будем сейчас уходить в политические оценки, но это будет не самая доблестная страница в истории нашего государства. Что касается экономики, то тут экономический спад. Это тоже основное из событий. Как мне кажется, мы начинаем приходить в те времена, когда жизнь будет сложнее. Будущий год с точки зрения экономики, достатка семьи будет сложнее. Труднее будет жить, труднее будет выживать. Что касается личных, более приятных историй, конечно, это то, что мы живём в Санкт-Петербурге. Вот «Радио Балтика» объединяет людей, живущих в Петербурге. Мы как-то коммутируем друг друга, встречаемся, общаемся, у нас есть какие-то общие интересы, у нас есть один город, в котором, так или иначе, мы счастливы. И это то, что действительно нас всех объединяет, это плюс. Мы живём в красивейшем городе, мы живём в интереснейшее, сложное время, но это же здорово, что мы вместе, что у нас единая судьба, которая нас всех объединила в Санкт-Петербурге. Это не событие, это просто ощущение. И если у меня есть возможность что-то пожелать нашим слушателям, зрителям в моей части, то хочу сказать следующее. Год был крайне неоднозначным, было много чего сложного, взрывающего сознание, которое влияло и довлело на нас. Кто-то, не дай бог, потерял близких, это сложнейший год для этих людей, это колоссальные переживания, это надрыв. Но есть и те люди, у которых родились дети, какие-то детишки закончили школу, кто-то повзрослел, кто-то женился, кто-то вышел замуж, кто-то приобрёл новую квартиру, кто-то купил машину, кто-то совершил прекрасное путешествие. Это тоже то счастье, которое объединяет нас в Петербурге всех. Дай бог вам всем здоровья, прежде всего, здоровья. Дальше вы знаете список, по тексту. Здоровья вашим близким, счастья, ощущения себя гражданами великого города. И, конечно же, ощущение маленького, бытового, а, может быть, и большого семейного счастья, чтобы все росли, чтобы были деньги, чтобы вы чувствовали себя. Это самое главное.

Аудиозапись интервью на радио "Балтика".

Далее по теме:

Алексей Лушников: "Реакция на трагедию А321 показала истинное лицо Петербурга — мужественное и красивое!" (слушать, читать)

Любовь Дуйко "Современная цивилизация способна противостоять глобальному потеплению и климатическим изменениям"

Алексей Лушников на Радио «Балтика», 2-ой выпуск: «Петербургу нужно принять лозунг «Всё для туристов» (слушать, читать)

Олег Харченко "Я взял карандаш и начертил первую линию Западного скоростного диаметра"

Телеканал «Синие страницы» объявил о наборе волонтеров

Юрий Веселов "Не удержали курс. Убили бизнес. Создали банковский кризис. Я бы на месте Набиуллиной застрелился"

Большая новогодняя аналитическая программа с Сергеем Цыпляевым и Алексеем Лушниковым "Итоги 2015"

Добавляйся Алексею Лушникову в друзья на Фейсбук и получай первым самую свежую информацию

Анонс. Последние проекты на Lushnikov.com